«Мы все в плену – дурной реальности и, как следствие, дурного реализма. Реализма языка, который боится выйти за очерченные прежними временами рамки. Боится своих возможностей, своих путей, своих демонов.
Мы ложимся ровным строем, ровным пластом под постсоветские наспех переписанные учебники литературы. И боимся вздохнуть, чтобы не осыпался их прах и не застил глаза нам. Впрочем, мне кажется, что мы и без того слепы по собственной воле.
Все, что есть у нас -- фальшивый патриотизм, проданные предыдущими поколениями левые взгляды, карманный бог нового времени и мелкие радости устроенного быта. Мы неспособны идти дальше ни в мыслях, ни в языке, ни в добре и зле. Мы боимся. Боимся каких бы то ни было крайностей. Боимся раскачивать маятник литературы, потому что знаем – мы первыми с него и скатимся. Нас устраивает положение застоя. Потому что нам и так хорошо, тепло, уютно… кормят. Главное – кормят, вернее, прикармливают. Нас все устраивает. Мы не хотим ничего переделывать. Мы готовы терпеливо ждать, когда драконы умрут от старости, а мы сядем на их тепленькие местечки в кожаных креслах такими же драконами.
Я принадлежу к самому конформистскому из ныне живущих поколений. Мы -- те, кому сейчас около 25, те, кто помнит еще портреты вождей в школах, потом страх в глазах родителей, следящих по телевизору за путчем 91-го. Мы -- те, кто за пару своих десятилетий пережил два государства и остался в третьем. Те, кто считает комфорт высшим благом -- самое трусливое поколение. И я имею право это говорить, потому что сама принадлежу к нему.
Говоря о задачах молодой литературы, я думаю, прежде всего, о своем поколении и, разумеется, о себе. Потому что я могу отвечать только за себя. Говорю «мы» – подразумеваю – «я». Так вот, я не верю в возможность изменения мира, тем более средствами литературы. Все что я могу сделать с помощью слов – это попытаться по капле выдавить из себя раба (Чехов был очень точен). Все что может сделать в литературе мое поколение – это по капле выдавить из себя раба. Раба страха, раба дурного подражательного реализма, раба государства, раба потребления, раба этого мира. Необходимо научится злой решимости. Иначе – вычеркивайте нас».